Школа «Динамо» платит за талантливых детей

2010-08-30

 Школа киевского «Динамо» и в советские времена была одной из сильнейших в стране, а сейчас, в независимой Украине, и вовсе почти не имеет конкурентов. О том, как построена работа в Киеве, в интервью НФПМ.ру рассказал старший тренер динамовской команды 1995 года рождения.

– Не могли бы вы для начала в общих чертах обрисовать работу вашей школы?
– Если раньше тренер набирал себе группу и вел ее девять-десять лет, то сейчас мы перестроились, и все учащиеся разделены на четыре большие группы. В группу набора дети приходят в возрасте шести-семи лет и занимаются три года. Затем идут две промежуточные группы, по два года в каждой, а затем академическая – для трех старших возрастов. Сейчас это ребята 1995, 1994 и 1993 годов рождения. По новой системе мы работаем уже четвертый сезон. Есть у нее и плюсы, и минусы. Все-таки тяжело полностью перенять все, что делают в школах «Аякса» и ПСВ. Там видение футбола немножко другое. Там дети сначала просто играют в футбол, а у нас заинтересованы в том, чтобы быстрее появлялись собственные воспитанники. Так что мы постарались найти некую середину между «Аяксом», чью школу взяли за основу, и нашей, динамовской школой. В чем-то мы берем пример с «Милана», тем более что там играл Андрей Шевченко и работал Реваз Чохонелидзе, и они могут что-то подсказать. У нас появляются тренеры по технической подготовке, как в Милане, появляются тренеры по физподготовке, которые занимаются развитием у детей физических данных. Посмотрим, какие все это принесет плоды. Сейчас в основном составе «Динамо» играют Гармаш, Зозуля, Кравец, вратарь Бойко – это всё наши воспитанники. Значит, школа работает не зря.

– Сколько тренеров работает с каждой командой?
– В академической группе у каждой команды в тренерском штабе пять человек: старший тренер, его помощник, врач, массажист и администратор. Есть еще отдельный тренер по вратарям, который занимается со всеми голкиперами из группы. Такие тренеры есть и в младших группах. У нас работают Геннадий Тарасюк, Евгений Рудаков, недавно пришел Вячеслав Кернозенко. Есть тренер по аэробике, который занимается акробатикой, координацией.

– Сколько раз в неделю проходят занятия в школе?
– Малыши начинают с трех тренировок. Причем не только футбольных, поскольку у ребят должно быть и общее развитие. Есть, например, занятия по плаванию. У детей постарше четыре тренировки в неделю, а в академической группе пять. Шестой день – это игра. И один день выходной. Для ребят проводятся экскурсии, их водят в кино. Если мы зациклим их на футболе, это будут роботы, а не футболисты.

Занятия трех младших групп проводятся на базе «Динамо» в Конча-Заспе, а для академии построен отдельный комплекс прямо в Киеве. Но вокруг нас – парк, природа. Там ребята живут, питаются, рядом находится общеобразовательная школа. Мы специально не стали приглашать учителей приходить в академию, потому что хотим, чтобы дети общались со своими сверстниками в школе, но у нас там есть свои спецклассы. Помимо учащихся академических групп, мы берем на проживание и наиболее перспективных мальчиков младших возрастов. Сейчас, например, принимаем уже ребят 1998 года рождения. Вообще живут у нас только дети из других регионов – киевских мы стараемся не отрывать от семей.

У нас два больших поля для занятий, одно из них синтетическое – новое покрытие уложили буквально месяц назад. Есть площадка поменьше, тренажерный зал, восстановительный центр, небольшой бассейн. Если нужно, вывозим ребят в большой бассейн поплавать. Младшие, как я сказал, работают в Конча-Заспе. Там есть еще одно синтетическое поле, есть манеж. Детей привозит и увозит автобус от метро. Зимой для занятий арендуются спортзалы. А к нам в академию они приезжают поработать, если поля в какое-то время не заняты академическими группами.

– В России ребят в академии, подобные вашим, тоже собирают из разных регионов. Но никаких компенсаций их прежним школам не выплачивают…
– Наша селекционная группа отслеживает ребят по всей Украине. А среди игроков 1994 года рождения есть даже приезжие из ближнего зарубежья, в том числе из России – есть один мальчик из Дагестана. А что касается компенсации, то в Украине есть такое правило: если мы взяли игрока не младше 12 лет из другой команды, то за его подготовку мы должны заплатить. С 12 до 15 лет – 15 тысяч гривен в год, это примерно две тысячи долларов. А с 15 лет – две с половиной тысячи долларов. Тем самым мы как бы благодарим школы и тренеров, занимавшихся с ребятами до нас, чтобы они знали, что работали не зря.

– А если парень позанимался у вас год-два, а затем вернулся в прежнюю школу?
– Это не отменяет компенсацию. А вот если мы кого-то из своих ребят – если они не прогрессируют, например, – отдаем в другие клубы, то мы компенсацию не берем. Но если ими впоследствии заинтересуются какие-либо команды, то чтобы заявить этих игроков, они должны будут нам заплатить за подготовку.

– Это так называемый механизм солидарности?
– Да. И я считаю, что это правильно.

– Большой ли отсев среди тех, кто приезжает из других регионов?
– Большой. Детей приезжает много. Мы их берем не сразу, а сначала просматриваем – для этого есть специальные подготовительные сборы, назначаются дни для просмотра самых маленьких. Учитывается не только мнение тренера, у которого мальчик будет затем заниматься, но и мнение тренерского совета. Решения принимаются коллегиально.

– Много ли требуется времени, чтобы определить, подходит ли вам игрок?
– В таком возрасте – а я сейчас работаю с пятнадцатилетними – уже видно, насколько парень технически оснащен. Да, он может физически еще быть не очень развитым, но зато обладать мыслью на футбольном поле и хорошо работать с мячом. Приходят иногда мальчики, которые еле на ногах стоят, но мы видим, что головы у них светлые, и есть все, что нужно для футболиста.

– Занимаетесь ли вы с такими ребятами индивидуально?
– У нас есть даже требование – заниматься индивидуально, этому посвящается часть тренировок. Бывают и дополнительные занятия. И я думаю, они идут на пользу: если мальчик хочет – моя задача ему помочь. Бывают ведь и просто фанаты – они приходят к нам, чтобы надеть динамовскую футболку и ходить в ней. Такие люди нам просто не нужны.

– Их легко вычислить?
– Посмотрев на человека, на его отношение к работе, такие вещи сразу увидишь.

– Сколько ребят занимается в группе?
– В команде 16-18 полевых игроков, мы полностью занимаем все поле. Плюс отдельно работают вратари со своим тренером, а к нам присоединяются, когда нам нужно отрабатывать удары по воротам. А мы больше заняты именно полевыми игроками.

– А как построена работа в младших группах?
– Самых маленьких, в группах набора, делят на четыре группы примерно по пятнадцать человек. Но также есть тренеры, которые работают в других клубах, по районам, но при этом работают на киевское «Динамо». Мы помогаем им экипировкой, с методиками. А лучших игроков они затем передают нам. Можно сказать, это наши филиалы. В прежние годы эта система была очень развита, потом все это куда-то ушло, а сейчас мы стараемся это возродить. Ведь Киев большой, и не может ребенок из другого конца города все время ездить. Он будет тренироваться там, где живет, а вот когда подрастет немножко, станет более самостоятельным, тогда вольется в общую группу.

– Большая ли нагрузка на тренеров в вашей школе?
– Я, например, работая с академической группой, почти все время провожу на базе – с утра до вечера. И даже в выходные мы с коллегами по очереди дежурим.

– В каких соревнованиях вы принимаете участие на постоянной основе?
– В чемпионате Киева, который проводится по системе «весна-осень», и чемпионате Украины, по системе «осень-весна».

– В городском первенстве есть еще сильные школы, кроме вашей?
– Например, киевский интернат, который входит в систему «Динамо».

– А не из динамовской системы?
– Много отдельных неплохих команд есть в разных школах. Но есть и школы, которые строят себе стадионы, кладут новые поля и тем самым создают условия для работы. Это и «Смена», и «Арсенал», и ДЮСШ-15. К сожалению, у многих клубов и школ просто не на чем работать. Много стадионов было отдано под застройку – там теперь или теннисные корты, или дома. Сейчас власть у нас поменялась, и можно надеяться, что этот процесс остановится. Но многие стадионы и самобытные команды уже канули в Лету.

– Насколько высок в таком случае уровень чемпионата Киева? И как он организован? Есть ли у вас серьезные конкуренты?
– Он разделен на три лиги. В высшей и первой по десять команд, вторая разбивается на две-три подгруппы. Играют ребята, начиная с десятилетнего возраста. А конкуренцию нам составить очень тяжело – у нас и лучшие условия для работы, и лучший подбор игроков. Но мы ведь еще участвуем в чемпионате Украины, который проводится в четырех старших возрастах. И у меня есть возможность тех, кто в чемпионате страны получает меньше игровой практики, задействовать в городском первенстве.

– Сколько клубов в чемпионате Украины?
– Есть высшая лига, есть первая. Высшая разделена на четыре территориальные группы по десять команд. Играем друг с другом в два круга, дома и на выезде, по две лучшие команды выходят в финальную часть, где младшие два возраста проводят стыковые матчи, а старшие разбиваются на две подгруппы и затем играют полуфиналы и финал. Наша команда 1995 года рождения в своем возрасте выиграла два чемпионата подряд.

– И здесь как раз конкуренция, наверное, есть?
– Сильные школы у «Шахтера», «Металлиста», «Карпат». У них развита инфраструктура, построены стадионы, есть база для проживания. Там очень внимательно относятся к школам и рассчитывают на них в плане подпитки кадрами своих главных команд.

– Одна из больных тем в России – низкая зарплата детских тренеров. А как у вас?
– Смотря с чем сравнивать. Если с Россией, то у нас зарплата, наверное, поменьше. Но есть клубы, которые платят своим тренерам, а есть такие, которые живут за счет денег, собранных с родителей. Большинство так и выживает. За счет родителей покупается и форма. А в «цивилизованных» клубах у тренеров есть ставки, есть премиальные за турнирные успехи, за людей, которых мы подготовили для главной команды и даже для второй. Так что есть к чему стремиться. 

nfpm.ru